Проснулась с мыслью, что хочу палочку-стукалочку. Помните, в детстве были такие конфеты? Куда делись, почему перестали продавать? Сменили сахарную палочку на яркие чупа-чупсы. А сердце требует ту самую, которую можно было растянть на несколько дней, которую можно было откусить только пожертвовав зубом. А как сосали? Сидели себе рядком на скамеечке и сосали. И никаких посторонних мыслей или ассоциаций. Еще играли, кто быстрее до серидины дососет. И правило всегда действовало - пососал сам, дай пососать другу. Можно, конечно ивместе облизывать конфету с разных сторон. Можно было делать вид, что "куришь" свою конфету и чувствовать себя очень по-взрослому. Ну и что? Вот она я взрослая, кури сколько хочешь, а хочется совсем другого(
Верните меня в детство.
http://softhome.nnm.ru/pixarra_twistedbrush_pro_studio_v1560
даже если творческого применения этой программе вы не найдете, побаловаться в ней все равно интересно. Вообщем-то рисует она сама, вы только направление задаете. Очень советую скачать)) любителям порисовать понравится.
ЗЫ на сайте нужна регистрация.
ЗЫ2 эффекты массово натырены из корела, фотошопа и мандалы.
Вчера, слушая один диалог, я подумала...
возможно, люди, считающие себя бездарными, просто пытались проявить себя не в том деле.
Но вслух я этого все равно не сказала.
Между нами бессонница
И беспокойный дым кольцами.
Три сотни миль, если поездом
И чуть меньше по воздуху.
Я октябрем обезврежена,
Ты зачарован зимою.
И я лежу тут с ангиной,
Ты там гуляешь у моря.
Я охрипла и кашляю,
Ты в шарфе и перчатках.
Я тут читаю романы,
А ты беседуешь с чайками.
Я пью глинтвейн и таблетки,
Ты уезжаешь все дальше
Я в душной каменной клетке,
А ты замерз и чихаешь.
Между нами бессонница
И беспокойный дым кольцами.
Пять сотен миль, если поздом
И чуть меньше по воздуху.
Не знаю, кто автор. Нашла на рабочем компьютере.
Вопрос веры
В животе беременной женщины разговаривают двое младенцев.
Один из них – верующий, другой – неверующий
Неверующий младенец: Ты веришь в жизнь после родов?
Верующий младенец: Да, конечно. Всем понятно, что жизнь после родов существует. Мы здесь для того, чтобы стать достаточно сильными и готовыми к тому, что нас ждет потом.
Неверующий младенец: Это глупость! Никакой жизни после родов быть не может! Ты можешь себе представить, как такая жизнь могла бы выглядеть?
Верующий младенец: Я не знаю все детали, но я верю, что там будет больше света, и что мы, может быть, будем сами ходить и есть своим ртом.
Неверующий младенец: Какая ерунда! Невозможно же самим ходить и есть ртом! Это вообще смешно! У нас есть пуповина, которая нас питает. Знаешь, я хочу сказать тебе: невозможно, чтобы существовала жизнь после родов, потому что наша жизнь – пуповина – и так уже слишком коротка.
Верующий младенец: Я уверен, что это возможно. Все будет просто немного по-другому. Это можно себе представить. Неверующий младенец: Но ведь оттуда ещё никто никогда не возвращался! Жизнь просто заканчивается родами. И вообще, жизнь – это одно большое страдание в темноте.
Верующий младенец: Нет, нет! Я точно не знаю, как будет выглядеть наша жизнь после родов, но в любом случае, мы увидим маму, и она позаботится о нас.
Неверующий младенец: Маму? Ты веришь в маму? И где же она находится?
Верующий младенец: Она везде вокруг нас, мы в ней пребываем и благодаря ей движемся и живем, без нее мы просто не можем существовать.
Неверующий младенец: Полная ерунда! Я не видел никакой мамы, и поэтому очевидно, что ее просто нет.
Верующий младенец: Не могу с тобой согласиться. Ведь иногда, когда все вокруг затихает, можно услышать, как она поет, и почувствовать, как она гладит наш мир. Я твердо верю, что наша настоящая жизнь начнется только после родов
Умер плюшевый заяц.
Я не пытался ему помешать.
Я мог бы взять зайца за лапу,
Но продолжал безучастно молчать.
Он сходил с ума постепенно,
Обрывая с запястий ворс.
Он безумствовал где-то с неделю,
А друзья говорили - невроз.
Он жил у меня на полке,
Он пытался мне рассказать,
Что курить, это очень плохо...
Но курил опять и опять.
Он из простыни сделал крылья,
Попрощался с дургом котом.
Затушил о свой мех сигарету
И на закате ушел на балкон.
Я сидел рядом с ним на перилах,
Он задумчиво крылья трепал,
А потом вдруг взлетел на мгновенье,
Но закашлявшись, быстро упал.
Умер плюшевый заяц.
Я не пытался ему помешать.
Из него выйдет плюшевый ангел
И он будет ко мне прилетать.
Когда я рисую или осваиваю фотошоп, я не пишу. Причем, это месяц или два моей жизни, за которые я могу не написать ни строчки. Я накапливаю в себе слова. Когда их количество достигнет уровня "взрыва", я отложу кисть или карандаш и начну писать. И это тоже займет месяц или два. Я буду копить в себе образы и картинки. И так до очередного взрыва. Делать и то и другое одновременно у меня никогда не получится...
Вспоминали вчера с мамой пожар. Меня дома не было, я этого помнить не могу. Зато маму до сих пор в дрожь бросает. Причем, она пытается раасказывать связно, но все время получаются какие-то обрывки...
как ползли с папой в коридор, почти прижав лицо к полу, потому что на высоте 30 см уже нечем было дышать.
как сидела на лестничной площадке в халате и принесенных кем-то шлепанцах, потому что оба выскочили из квартиры практически голые.
как ловила по двору ошалевшую собаку, а с обеих сторон дома. не смотря на глубокую ночь, собрался наверное весь район.
как соседка сверху звала ее выпить, чтобы снять стресс, а мама удивлялась, как в такой ситуации можно думать о выпивке.
как приехали пожарные и выбили стекла в окнах... и выкидывали в окна мебель.
как она хотела войти в квартиру, а ее не пускали, потому что еще не все очаги возгорания проверили.
как первое что она увидела, войдя внутрь, была золотая цепочка, вплавленная в металическую ручку двери, на которой висела.
как плакала
как задыхалась
как просыпалась по ночам еще очень долго после пожара
До сих пор, если где-то пахнет гарью, мама облазит всю квартиру, проверяя все ли в порядке. И я ее понимаю.
В ночь, когда случился пожар,я ничего не почувствовала. Мы с братом были в Испании, спокойно спали. На следующий день я не находила себе места от беспокойства, хотя понятия не имела, чем оно вызввано. Просто сердце было не на месте. Вечером позвонила домой, трубку никто не взял. Позвонила тете, а там ответил папа.
- О, доча! А мы дома ремонт делаем, все хорошо!
О пожаре нам рассказали только, когда мы вернулись в Белориссуию.
У меня тоже есть одно воспоминание, связанное с пожаром...
я отважилась съездить посмотреть на квартиру только через месяц. Черные окна, совершенно закопченная лестничная площадка, черный потолок... но не это главное. В комнате на полу некуда было ступить из-за книг. Стопки высотой до моего бедра, покрывали пол, словно лабиринт. И я ходила между иэтих стопок, выбирая книги, понимая, что многие из них придется выкинуть, и именно в тот момент я осознала по-настоящему, что же произошло. Многие книги до сих пор пахнут дымом, когда их открываешь, и практически у всех потемневшие страницы.
Какой-то грустный пост получился... попробую закончить на позитиве.
Так как пожар случился ночью, никому из знакомых ничего не сообщали. На следующий день к родителям в гости приехали близкие друзья. Глядя на окна без стекол, на огромные пятна копоти, вокруг окон и на мебель под окнами, тетя Оля, очень невозмотимо заметила:
- Наверное, картошку спалили.
Ага, спалили, расстроились и решили для порядка еще и стекла выбить)
Да простят меня все те, у кого ноябрь, хандра и снег.
У меня эта осень проходит на удивление легко... это за последние лет 6 впервые. Я не кидаюсь в крайности, мое настроение практически стабильно и плачу я только под грустные сцены из фильмов...
И еще я, кажется, не верю в то, что говорю...